| (no subject) |
[Jun. 12th, 2009|01:58 pm] |
опять быков.
Словно на узкой лодке пролив Байдарский пересекая, Вдруг ощутишь границу: руку, кажется, протяни - Там еще зыбь и блики, а здесь прохлада и тишь такая. Правишь на дальний берег и вот очнешься в его тени. Так я вплываю в воды смерти, в темные воды смерти, В область без рифмы - насколько проще зарифмовать "Der Todt", Словно намек - про что хотите, а про нее не смейте; Только и скажешь, что этот берег ближе уже, чем тот. Ишь как прохладою потянуло, водорослью и крабом, Камнем источенным, ноздреватым, в илистой бороде, - И, как на пристани в Балаклаве, тщательно накарябан Лозунг дня "Причаливать здесь"; а то я не знаю, где. Все я знаю - и как причалить, и что говорить при этом. В роще уже различаю тени, бледные на просвет. Знаю даже, что эти тени - просто игра со светом Моря, камня и кипариса, и никого там нет. А оглянуться на берег дальний - что мне тот берег дальний? Солнце на желтых скалах, худые стены, ржавая жесть. Это отсюда, из тени, он весь окутан хрустальной тайной: Я-то отплыл недавно, я еще помню, какой он есть. Вдоль побережья серая галька, жаркая, как прожарка. С визгом прыгает с волнолома смуглая ребятня, Но далеко заплывать боится, и их почему-то жалко; Только их мне и жалко, а им, должно быть, жалко меня. Так я вплываю в темные воды, в запах приморской прели. Снизу зелено или буро, сверху синим-сине. Вот уже видно - заливы, фьорды, шхеры, пещеры, щели, Столько всего - никогда не знал, что будет столько всего. Камень источен ветром, изъеден морем, и мидий соты Лепятся вдоль причала. Мелькает тропка. Пойдем вперед. Славно - какие норы, какие бухты, какие гроты. Жалко, что нет никого... а впрочем, кто его разберет.
|
|
|